Коллизия охраны производного от общественного достояния произведения и свободы использования произведения, находящегося в режиме общественного достояния

Общественное достояние – институт гражданского права, подразумевающий правовое регулирование охраны произведений после истечения срок охраны исключительных прав на такие объекты.

Легального определения термину общественное достояние в законодательстве Российской Федерации не содержится.

В зарубежной и отечественной науке интеллектуального права категория общественного достояния получила развитие прежде всего в работах отдельных авторов, предложивших концептуальные дефиниции данного явления.

В рамках классической цивилистической школы Е.А. Суханов определяет общественное достояние как «произведения науки, литературы и искусства, в отношении которых прекратилось действие исключительного права и которые могут свободно использоваться любыми лицами». [3] Данное определение отражает традиционный для российской цивилистики подход, согласно которому общественное достояние является правовым режимом, наступающим вследствие истечения срока охраны. Его содержание корреспондирует законодательной модели, закрепленной в ст. 1282 Гражданского кодекса Российской Федерации (Далее – «ГК РФ»).

В работах В. А. Дозорцева общественное достояние рассматривается шире, а именно, как самостоятельный элемент системы интеллектуального права:

«Общественное достояние представляет собой совокупность результатов интеллектуальной деятельности, выведенных из режима исключительного права и предназначенных для свободного использования в интересах общества». [4] Данное определение принципиально важно тем, что подчеркивает публично-правовую функцию института и его роль в обеспечении доступа к культурным и научным ценностям.

Дж. Бойл определяет Общественное достояние как область материалов, свободных для использования и дальнейшего творческого переработки без разрешения и без выплаты вознаграждения. [5] В данном случае акцент смещается на экономико-социальную функцию – обеспечение свободного творчества и инноваций.

Исходя из вышеизложенного можно вывести общее определение, по которому Общественное достояние – это совокупность результатов интеллектуальной деятельности, в отношении которых прекращено или отсутствует исключительное право, вследствие чего они могут свободно использоваться неопределенным кругом лиц без согласия правообладателя и без выплаты вознаграждения, при сохранении личных неимущественных прав автора и в целях обеспечения общественных интересов.

Таким образом, произведение, перешедшее в режим общественного достояния, становится свободным для использований всем субъектам гражданского оборота, в том числе для создания производных произведений.

Определение термина производного произведения или переработки в законодательстве также отсутствует.

Категория производного произведения традиционно рассматривается российскими цивилистами через призму переработки оригинального произведения и наличия творческого вклада.

Можно выделить следующие популярные определения производного произведения А.П. Сергеев определяет производное произведение как результат творческой переработки:

«Производным признается произведение, созданное на основе другого произведения путем его творческой переработки (перевода, переработки, аранжировки и т.п.)». [6] Данная дефиниция отражает классический подход, акцентируя внимание на двух ключевых признаках: наличие первичного (оригинального) произведения и творческий характер переработки.

Е.А. Суханов идентифицирует производное произведение как зависимый объект авторского права: «Производные произведения – это результаты творческой переработки других произведений, правовой режим которых характеризуется зависимостью от прав на оригинальное произведение». [3] В отличие от предыдущего подхода, здесь дополнительно подчеркиваются юридическая зависимость производного произведения от оригинала и необходимость учета прав автора исходного произведения.

В.А. Дозорцев в своей работе указывает, что производное произведение – это самостоятельное произведение на основе существующего:

«Производное произведение представляет собой новое произведение, созданное на основе уже существующего, в котором переработанный материал получает иную форму выражения». [4] В данном определении особое внимание уделяется самостоятельности результата и появлению новой формы выражения, отличной от исходной.

Сопоставление приведенных дефиниций позволяет выявить их общие черты: наличие исходного (охраняемого) произведения, творческая переработка как способ создания, возникновение нового результата интеллектуальной деятельности.

Таким образом, в российской доктрине наблюдается сочетание двух начал: зависимости (в части использования исходного произведения) и самостоятельности (в части творческого результата).

С учетом приведенных доктринальных позиций и их системного анализа представляется возможным сформулировать следующее определение: Производное произведение – созданный в результате творческой переработки другого произведения самостоятельный результат интеллектуальной деятельности, обладающий новой формой выражения, но юридически зависящий от исходного произведения в части соблюдения прав его автора.

Данное определение позволяет избежать одностороннего понимания производного произведения и рассматривать его как двуединую конструкцию, сочетающую элементы новизны и зависимости, присущих таким объектам.

Современное российское авторское право, закрепляя одновременно институт общественного достояния (ст. 1282 ГК РФ) и правовой режим производных произведений (ст. 1260 ГК РФ), не содержит специальных норм, прямо регулирующих их взаимодействие. Это порождает доктринальную и практическую коллизию, связанную с определением пределов правовой охраны производного произведения, созданного на основе объекта, перешедшего в общественное достояние.

С одной стороны, правовой режим общественного достояния предполагает свободу использования произведения неопределенным кругом лиц без согласия правообладателя и без выплаты вознаграждения. Данный подход последовательно проводится в российской цивилистике, где подчеркивается, что после истечения срока охраны произведение становится доступным для любого способа использования при соблюдении личных неимущественных прав автора.

С другой стороны, производное произведение, даже созданное на основе такого «свободного» объекта, признается самостоятельным результатом интеллектуальной деятельности и подлежит охране при наличии творческого вклада (ст. 1259, 1260 ГК РФ). При этом правовая охрана распространяется именно на новую форму выражения, созданную автором переработки.

Таким образом, возникает противоречие между: принципом свободного использования произведений, находящихся в общественном достоянии и принципом исключительности прав на производное произведение.

Коллизия проявляется в отсутствии четкого разграничения: где заканчивается свободно используемый элемент (общественное достояние), а где начинается охраняемый результат творческой переработки.

Проблема осложняется тем, что в большинстве случаев переработка не изолирует полностью элементы исходного произведения, а включает их в новую структуру. Это приводит к наложению двух правовых режимов: неохраняемого (общественное достояние) и охраняемого (производное произведение).

Зачастую встречается подход, при котором не учитывается факт использования лицом произведения, находящегося в общественном достоянии вне зависимости от того осуществлял он самостоятельную переработку или использовал непосредственно произведение, находящееся в общественном достоянии. Предпочтение отдается лицу, заявляющему права на производное произведение.

В логике данного подхода можно вывести следующую доктринальную установку – если переработка носит творческий характер, то её результат охраняется в полном объёме как самостоятельное произведение, что потенциально допускает ограничение использования конкретной формы переработки третьими лицами, даже если исходный материал находится в общественном достоянии.

Указанная позиция прослеживается во многих решениях судов.

Так, например, дело № А40-243101/2024.

В рамках указанного дела, Истец заявляет о наличии прав на производное произведение «Универсальное таро Уэйта». Данное произведение по его же утверждениям является переработкой первоначального произведения «Таро Райдера-Уэйта» 1909 года публикации, перешедшего в режим общественного достояния.

Истец считает, что Ответчик без согласия правообладателя реализует «Универсальное таро Уэйта», что является нарушением прав Истца. Одним из тезисов Ответчика является то, что он реализует именно первоначальное произведение «Таро Райдера-Уэйта» 1909 года, перешедшее в режим общественного достояния.

Решением Арбитражного суда города Москвы исковые требования Истца удовлетворены в полном объеме.

Девятый арбитражный апелляционный суд оставляет апелляционную жалобу Ответчика без удовлетворения, указывая что: «Даже, если произведение ответчика будет схоже на некое произведение, перешедшее в общественное достояние, это не отменяет его схожести с охраняемым произведением. И такая реализация ответчиком будет в первую очередь нарушать права охраняемого произведения».

Суд по интеллектуальным правам также поддержал указанный вывод, оставив решение суда первой инстанции без изменения.

Аналогичная позиция содержится в ряде судебных актов по другим делам: Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда по делу № А42-9169/2024, Решение Арбитражного суда города Москвы по делу А40- 163402/25.

Однако указанная позиция допускает ограничение использования произведения находящегося в режиме общественного достояния третьими лицами и фактически создает почву для злоупотребления и монополизации рынка через подобные объекты.

Результатом указанных решений является то, что одно лицо, создав переработку произведения находящегося в режиме общественного достоя- ния, способно запретить всем остальным лицам свободное использование общественного достояния, что в свою очередь во-первых нарушает право неограниченного круга лиц на свободное использование произведений, находящихся в общественном достоянии, а во-вторых искусственно, путем недобросовестной конкуренции, монополизирует рынок, связанный с указанным произведением, фактически блокируя к нему доступ другим его участникам.

На основании вышеизложенного данный подход представляется неверным.

В связи с чем существует второй подход, из которого следует: охрана распространяется исключительно на оригинальные элементы переработки, при этом иные лица сохраняют право самостоятельно использовать исходное произведение и создавать собственные переработки.

Из анализа позиции А.П. Сергеева следует, что охрана производного от общественного достояния произведения распространяется исключительно на результат творческой переработки, при этом использование исходного произведения подчиняется его собственному правовому режиму.

Более того, исходя из п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», можно сделать вывод, что переработка предполагает заимствование существенных элементов исходного произведения, при этом создается новый, хотя и узнаваемый, объект. Такой объект подлежит охране постольку, поскольку он содержит самостоятельный творческий вклад, но не в той части, в которой воспроизводит элементы первоначального произведения.

То есть переработка – это самостоятельное произведение, созданное на основе уже существующего (первоначального) произведения, но с применением творческого подхода.

Исходя из вышеизложенного главное основание охраноспособности производного произведения – создание творческим трудом новых охраняемых элементов.

Соответственно и охраноспособностью такое произведение будет обладать только в той части, где была осуществлена переработка творческого характера.

В результате, для защиты авторского права на производное от общественного достояния произведения, необходимо выделить охраняемые элементы переработки. Охраняемыми элементами в таком произведении будут только те, которые были созданы непосредственно при переработке оригинального произведения и что отличает данное произведение о первоначального.

В связи с чем для установления факта нарушения производного произведения необходимо установить точное использование именно охраняемых элементов такой переработки, описанных выше. Таким образом, коллизия институтов общественного достояния и производного произведения обусловлена пересечением свободы использования и исключительности прав. Отсутствие прямого законодательного регулирования приводит к неопределённости в вопросе границ охраны производного произведения.

Решение данной проблемы возможно лишь при выработке устойчивых критериев разграничения охраняемых и неохраняемых элементов, а также закреплении в правоприменительной практике принципа, согласно которому создание производного произведения не должно ограничивать свободу использования общественного достояния как базового института интеллектуального права.