Особенности применения мер государственной поддержки предпринимательства к иностранным юридическим лицам в российской федерации в условиях политической и экономической нестабильности

Введение

В условиях политической и экономической нестабильности государственная поддержка предпринимательства приобретает двойственную природу. С одной стороны, поддержка выступает инструментом стабилизации экономической активности и сглаживания кризисных циклов. С другой стороны, возрастает потребность публичной власти в усилении требований к адресатам поддержки, прежде всего в части юрисдикции получателя, прозрачности контроля и исключения офшорных цепочек владения. Это делает вопрос допуска иностранных юридических лиц к мерам поддержки самостоятельной научной и практической проблемой.

Цель настоящей статьи состоит в выявлении особенностей применения мер государственной поддержки предпринимательства к иностранным юридическим лицам в Российской Федерации, определении ключевых правовых фильтров допуска и выработке предложений по повышению предсказуемости регулирования. Методология исследования включает формально-юридический и системный анализ, а также обращение к доктринальным позициям о правовых стимулах и правовых ограничениях, образующих единую систему воздействия на инвестиционную и предпринимательскую деятельность [1, с. 50–53].

Правовая квалификация

предпринимательства и иностранного элемента Предпринимательская деятельность определяется абзацем третьим пункта 1 статьи 2 ГК РФ как самостоятельная, осуществляемая на риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли. Государственная поддержка предпринимательства представляет собой совокупность публично-правовых и частноправовых инструментов, реализуемых в целях социально-экономического развития.

Поскольку государство участвует в гражданских отношениях на равных началах с иными субъектами (п. 1 ст. 124 ГК РФ), многие инструменты поддержки оформляются договорами или соглашениями. Однако доступ к финансовой поддержке, основанной на бюджетных средствах, подчинен бюджетному законодательству, что предопределяет наличие специальных требований к получателям.

Иностранный элемент выражается как в прямом участии иностранного юридического лица (например, через филиал), так и в косвенном участии через российские организации с иностранными инвестициями. Коллизионный контур статуса иностранного юридического лица определяется пунктом 1 статьи 1202 ГК РФ. Пункт 4 статьи 1202 ГК РФ дополнительно позволяет применять российское право к требованиям об ответственности контролирующих лиц учрежденного за границей юрлица, если оно ведет деятельность преимущественно в России, что снижает риски злоупотреблений.

Национальный режим иностранных инвестиций и его пределы для господдержки Закон № 160-ФЗ закрепляет национальный режим и допускает изъятия. Пункт 1 статьи 4 закона № 160-ФЗ фиксирует недопустимость менее благоприятного режима для иностранных инвесторов по сравнению с российскими. Пункт 2 статьи 4 закона № 160-ФЗ разрешает изъятия ограничительного характера, а пункт 3 статьи 4 — изъятия стимулирующего характера.

Национальный режим не тождественен праву на получение бюджетной субсидии. Поддержка, связанная с расходованием бюджета, является публичным благом и предоставляется при соблюдении критериев адресности и целевого характера. При этом реторсии (ст. 1194 ГК РФ) в условиях нестабильности образуют дополнительный потенциальный контур ограничений прав иностранных лиц. Бюджетно-правовой фильтр субсидий и грантов Пункт 1 статьи 78 БК РФ определяет правовую природу субсидий юридическим лицам.

Пункт 3 статьи 78 БК РФ устанавливает, что акты субъектов РФ и муниципальные акты, регулирующие предоставление субсидий, должны соответствовать общим требованиям, установленным Правительством РФ.

Постановление Правительства РФ от 25.10.2023 № 1782 закрепляет общий перечень требований к получателям. Подпункт «а» пункта 3 Общих требований прямо исключает иностранное юридическое лицо из числа получателей субсидии и одновременно ограничивает российских получателей при офшорном контроле свыше 25 процентов. Перечень государств и территорий, используемых для промежуточного (офшорного) владения активами в РФ, утвержден приказом Минфина России от 26.05.2022 № 83н.

Юридически значимо, что запрет на иностранного получателя субсидии опирается на федеральную делегацию в пункте 3 статьи 78 БК РФ, а потому выступает не произвольным ограничением, а элементом бюджетной модели допуска.

Вместе с тем для правовой определенности важно, чтобы критерии «иностранности» и «офшорности» применялись единообразно и предсказуемо.

МСП и иностранный капитал

Доступ к поддержке по линии МСП определяется законом № 209-ФЗ. Подпункт «а» пункта 1 части 1.1 статьи 4 закона № 209-ФЗ устанавливает, что доля участия иностранных юридических лиц и (или) лиц, не являющихся субъектами МСП, не должна превышать 49 процентов. Норма предусматривает исключения, однако они не применяются к офшорным зонам, перечень которых утверждается Минфином России, в частности приказом Минфина России от 28.03.2024 № 35н. В доктрине предлагается различать публично-правовую и частноправовую формы поддержки. По Д.А. Мусабировой частноправовая форма реализуется через гражданско-правовые инструменты, а публично-правовая — через субсидирование и административные процедуры [5, с. 146–148]. Для иностранного элемента это означает, что нефинансовые меры поддержки в ряде случаев могут быть доступнее, чем прямые бюджетные перечисления.

Инвестиционные режимы поддержки и модель российской проектной оболочки Инвестиционные режимы поддержки демонстрируют устойчивую ориентацию на российскую юрисдикцию получателя. Пункт 8 части 1 статьи 2 закона № 69-ФЗ определяет организацию, реализующую проект СЗПК, как российское юридическое лицо. Часть 1 статьи 15 закона № 69-ФЗ предусматривает возмещение затрат в форме субсидии и (или) налогового вычета.

ОЭЗ по статье 9 закона № 116-ФЗ также предполагают резидента, зарегистрированного по законодательству РФ. СПИК по статье 18.1 закона № 488-ФЗ опосредует государственное стимулирование через договорную конструкцию, которая на практике также привязана к российским проектным структурам.

В чувствительных секторах действует закон № 57-ФЗ о стратегических обществах, вводящий разрешительный порядок контроля иностранного инвестора. Тем самым критерии допуска к поддержке формируются на стыке бюджетного, инвестиционного и контрольного регулирования. Нестабильность и контрсанкционный контур Контрсанкционные меры воздействуют на поддержку предпринимательства косвенно, повышая стоимость и длительность структурирования проектов. Указ Президента РФ от 01.03.2022 № 81 вводит особый порядок сделок с лицами недружественных государств, включая возможность совершения сделок по разрешению Правительственной комиссии (п. 1, пп. «б»). Указ Президента РФ от 05.03.2022 № 95 устанавливает временный порядок исполнения обязательств перед некоторыми иностранными кредиторами. Перечень недружественных государств утвержден распоряжением Правительства РФ от 05.03.2022 № 430-р.

В научной статье Д.С. Саркаровой, Т.Ш-М.

Едреева и Г.А. Омарова подчеркивается потребность в постоянном анализе изменений законодательства и усилении механизмов защиты прав инвесторов в условиях санкций [4, с. 153–158]. Выводы и предложения 1) Основной правовой барьер для иностранного юридического лица как прямого получателя поддержки связан с бюджетным регулированием субсидий. Пункт 3 статьи 78 БК РФ и постановление Правительства РФ № 1782 формируют запрет иностранного получателя субсидии как общий стандарт для региональных и муниципальных программ.

2) Наиболее реалистичной моделью доступа иностранного капитала к поддержке является участие через российское юридическое лицо, соответствующее критериям закона № 209-ФЗ и антиофшорным требованиям.

3) Для повышения предсказуемости регулирования целесообразно унифицировать крите- рии «иностранности» и «офшорности» в механизмах поддержки, разграничить меры по уровню бюджетного риска и стандартизировать комплаенс-требования к российским проектным компаниям с иностранным участием.